Практический словарь гуманитарного права

« Неверно называть вещи – значит умножать скорбь этого мира » Albert Camus.

Соглашение об использовании cookie-файлов

Принимаю Наш сайт сохранит анонимные идентификаторы (cookie-файлы) на ваше устройство. Это способствует персонализации контента, а также используется в статистических целях. Вы можете отключить использование cookie-файлов, изменив настройки Вашего браузера. Пользуясь этим сайтом при настройках браузера по умолчанию, вы соглашаетесь на использование cookie-файлов и сохранение информации на Вашем устройстве.

Компетенция

На Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) возложена важная задача по контролю над соблюдением прав человека. Европейский суд по правам человека налагает санкции в случае нарушений Европейской конвенции о правах человека (ЕКПЧ) 1950 года, совершенных странами-членами Совета Европы (ст. 32, 33 и 34).

До 1 ноября 1998 года эта миссия была поручена двум органам: Европейской комиссии по правам человека и Европейскому суду по правам человека. Вступление в силу Протокола № 11, вносящего изменения в Конвенцию от 1950 года, повлекло за собой пересмотр системы контроля. Отныне она принадлежит только судебному органу: после упразднения Комиссии был учрежден единый и действующий на постоянной основе Европейский суд по правам человека. Его юрисдикция является обязательной для всех стран-членов Совета Европы. Он может принимать жалобы от государств и индивидуальных заявителей (физических лиц, неправительственных организаций, групп лиц).

В мае 2004 года государства-члены Совета Европы приняли Протокол 14 к Европейской конвенции о правах человека, который предусматривает проведение второй реформы Европейского суда по правам человека. Данный текст вступил в силу 1 июня 2010 года. Основной целью реформы является упрощение процедуры сортировки индивидуальных жалоб, а также облегчение процесса их рассмотрения по существу.

Официально целью этих двух реформ является поддержание и усиление эффективности защиты прав человека. Они проводятся вследствие значительного увеличения количества жалоб, а также увеличения количества стран, входящих в состав Совета Европы.

Суд наделен также правом толкования (ст. 32 и 47): он может по запросу Комитета министров Совета Европы выдавать консультативное мнение относительно толкования Европейской конвенции о правах человека и ее Протоколов.

Состав

Суд состоит из судей, количество которых равно числу участников Конвенции (на апрель 2013 года все 47 государств-участников Совета Европы подписали и ратифицировали данную Конвенцию). Их избирает Парламентская Ассамблея Совета Европы на основании списка кандидатов, предоставленного ей со стороны государств-членов Совета Европы, причем каждое государство-участник предлагает три кандидатуры.

Судьи являются независимыми, срок их полномочий составляет девять лет без возможности переизбрания со вступления в силу Протокола 14. Судьи выбирают председателя, двух заместителей председателя (которые являются одновременно председателями секций), двух председателей секций, четырех заместителей председателей секций, секретаря и двух заместителей секретаря. Они составляют процессуальный регламент. Новый регламент был принят в апреле 2012 года и вступил в силу 1 сентября 2012 года.

Суд состоит из четырех секций и Большой Палаты. Каждая секция формируется сроком на три года, согласно критериям справедливого географического распределения, гендерного равенства судей и различных правовых систем, существующих в странах-членах Совета Европы. В каждой секции создаются комитеты из трех судей (на срок двенадцать месяцев) и палаты, состоящие из трех членов (на основе системы ротации).

Большая Палата состоит из 17 судей, избираемых на трехлетний срок. Она состоит из обязательных членов (председателя и двух заместителей председателя Суда, двух председателей секций). Остальные судьи выбираются из двух групп, сменяющихся каждые девять месяцев. Состав этих групп также учитывает справедливое географическое распределение и представительство различных правовых систем, существующих в государствах-членах Совета Европы. Большая Палата рассматривает запросы о выдаче консультативного мнения относительно интерпретации Европейской конвенции о правах человека. В исключительных случаях она участвует в рассмотрении споров.

  • Юрисдикция Суда является обязательной для всех государств-членов Совета Европы.
  • В Суд может обратиться любое государство-член Совета Европы, полагающее, что другое государство-участник нарушило Европейскую Конвенцию по правам человека (жалоба государства, предусмотренная статьей 33). Однако случаи обвинения одного государства другим остаются весьма редкими. Со времени создания Суда только 16 дел были возбуждены по инициативе государств. Для физических лиц это число измерялось сотнями тысяч. Дела, представляемые государствами, обычно находятся в более широком контексте конфликтов: например, дело Ирландии против Соединенного королевства или дело Кипра против Турции в 1970-х и 1990-х годах, или три дела Грузии против России, возбужденные с 2007 года.
  • В Суд могут также обратиться физические лица (граждане государства-участника, беженцы, апатриды, несовершеннолетние, являющиеся недееспособными согласно национальному законодательству), неправительственные организации или группы лиц, полагающие, что они являются жертвами нарушения прав, признанных Европейской конвенцией о правах человека (индивидуальная жалоба, предусмотренная статьей 34).
  • Государства-члены Совета Европы обязуются никоим образом не препятствовать эффективному осуществлению этого права (статья 34).
  • Отдельные заявители могут самостоятельно подать жалобы, заполнив формуляр, выдаваемый в Секретариате Суда, или доступный для скачивания на его сайте. Тем не менее после того, как жалоба была признана приемлемой, рекомендуется, чтобы заявителя представлял адвокат. При Суде создана система оказания юридической помощи лицам, финансовые возможности которых ограничены.
  • Индивидуальные жалобы должны удовлетворять условиям приемлемости, которые всегда истолковываются в пользу жертвы нарушений. Так, критерий исчерпывающего использования внутренних средств правовой защиты может быть отклонен Судом в случае, если такие средства невозможны на практике, неоправданно затянуты или задействуются государством в момент, когда жалоба уже была подана в Суд, с целью уклонения от его юрисдикции.

Рассмотрение споров в Суде

1. Порядок рассмотрения вопроса о приемлемости жалобы:

Жалобы государств не подлежат процедуре установления приемлемости.

Индивидуальные жалобы должны удовлетворять нескольким условиям приемлемости (ст. 35): кроме исчерпывающего использования внутренних средств правовой защиты, такие жалобы не должны быть анонимными, несовместимыми с положениями Конвенции и явно необоснованными или недобросовестными. Подаваемая жалоба не должна быть идентичной рассмотренной Судом ранее или представленной на рассмотрение другого международного органа расследования или урегулирования, за исключением случаев, когда она содержит новые факты. Реформа, предусмотренная Протоколом 14, добавляет новый критерий приемлемости жалоб: Суд может отвести индивидуальную жалобу в том случае, если подавший жалобу не понес серьезного ущерба. Однако вопрос об уважении и соблюдении прав человека может заставить судей рассмотреть такую индивидуальную жалобу по существу. Данное новое условие приемлемости подверглось серьезной критике со стороны организаций по правам человека, многих государств-членов, а также со стороны Парламентской ассамблеи, которые сочли данное условие слишком обширным и по своей природе нарушающим право на подачу индивидуальных жалоб. В действительности судьи должны самостоятельно толковать данное новое положение. Возможность для судей самостоятельно оценить ситуацию в этом отношении заложена в судебной практике Суда. В частности, это касается ограничения требования соблюсти условие исчерпания внутренних средств правовой защиты теми случаями, когда эти средства правовой защиты реально существуют и являются надежными.

Решение о приемлемости жалобы принимается Комитетом из трех судей или Палатой, состоящей из семи судей. Если Комитет из трех судей принимает решение о приемлемости жалобы, она передается на рассмотрение Палаты. Со вступления в силу Протокола 14 судья, в единоличном составе, (не являющийся выходцем государства против которого направлена жалоба или лица, подающего жалобу) может принимать решение о приемлемости индивидуальной жалобы. Он может либо отклонить поданную жалобу, либо передать приемлемую жалобу на рассмотрение Комитету из трех судей или Палаты.

Палата может передать жалобу на рассмотрение Большой Палаты, когда возникают разногласия по поводу серьезного вопроса о толковании Европейской Конвенции по правам человека, или когда решение вопроса может привести к противоречию с решением, ранее вынесенным Судом (ст. 30). Стороны конфликта могут воспротивиться такой передаче в тридцатидневный срок с момента уведомления о намерении Палаты прекратить рассмотрение вопроса и передать жалобу на рассмотрение Большой Палаты.

2. Порядок рассмотрения по существу:

Рассмотрение индивидуальных или государственных жалоб Судом и представителями сторон проводится на открытом заседании с участием заинтересованных сторон.

Палата или Большая Палата может провести расследование, в котором должны участвовать заинтересованные государства (ст. 38.1.а).

В ходе изучения вопроса могут проводиться конфиденциальные переговоры при посредничестве Секретаря Суда, для того, чтобы достигнуть урегулирование вопроса мирным путем.

С начала осуществления реформы, предусмотренной Протоколом 14, Комитет из трех судей может рассматривать жалобы по существу, что в настоящее время относится исключительно к компетенции Палат и Большой Палаты. Данная возможность относится только к постоянно повторяющимся и схожим по существу делам, для решения которых уже существует ранее принятые решения (прецеденты) и устоявшаяся судебная практика.

Решения Суда не подлежат обжалованию и обязательны для исполнения привлеченными к ответственности государствами (ст. 46). В соответствии с ними потерпевший может иметь право на компенсацию (ст. 41). Комитет министров Совета Европы следит за исполнением таких решений. Виновное государство должно принять индивидуальные меры для устранения установленного нарушения, но не обязано вносить изменения в свое законодательство. Тем не менее, в подобных ситуациях государства зачастую изменяют свое законодательство во избежание нового процесса.

В трехмесячный срок после вынесения Палатой решения любая сторона конфликта может запросить о направлении дела на рассмотрение Большой Палаты, если в нем поднимается серьезный вопрос, относящийся к интерпретации или применения Европейской конвенции или ее Протоколов, или общего характера (ст.43). Приемлемость таких запросов изучается коллегией из пяти судей Большой Палаты, а затем Большой палатой, если запрос объявлен приемлемым.

Судебная практика

Хотя на Суд в основном возложена задача контролировать соблюдение Европейской конвенции о правах человека и основных свобод, Европейский суд признал себя компетентным для рассмотрения жалоб относительно нарушений основных гарантий прав человека, совершенных во время вооруженного конфликта и военной оккупации. Так, Суд высказался по поводу Чеченской войны, антитеррористической борьбы в Турции, и, позднее, по поводу условий интервенции британских сил в Ирак в 2003 года в рамках многонациональных сил под командованием США.

Судебная практика ЕСПЧ затрагивает ряд юридических вопросов, обсуждаемых на международном уровне.

  • ЕСПЧ признает одновременное и комплементарное применение норм гуманитарного права и прав человека в ситуациях конфликта. Суд уточняет, что применение прав человека в таких ситуациях может быть ограничено лишь официальными оговорками, используемыми государствами согласно законным процедурам.
  • Суд также отслеживает адекватность и соразмерность ограничений прав человека угрозам национальной безопасности, на которые ссылаются государства, чтобы оправдать отступления от Европейской конвенции.
  • Суд подтверждает экстерриториальный характер обязательств, касающихся прав человека, в тех случаях, когда государство осуществляет фактический контроль над территорией или иностранными гражданами.
  • Суд придерживается особого мнения относительно одновременного и взаимодополняющего применения прав человека и международного гуманитарного права. В отличие от тех, кто полагает, что международное гуманитарное право должно превалировать над правами человека в ситуации конфликта из-за своего статуса специального права (lexspecialis), Суд занимает другую позицию. По его мнению, обязательства, касающиеся прав человека, преобладают над обязательствами международного гуманитарного права, если они в большей степени защищают отдельных лиц (и являются более обязательными для государств), а также когда они напрямую не противоречат противоположному обязательству, предусмотренному международным гуманитарным правом. Такая судебная практика может привести к путанице, поскольку содержание и толкование норм, относящихся к правам человека и к международному гуманитарному праву, далеко не всегда опирается на сходные понятия. Тем не менее такая трактовка позволяет помешать государствам умышленно использовать менее обязывающее право в ситуациях кризиса и конфликта, если полное применение международного гуманитарного права оспаривается.
  • Аксой (Aksoy) против Турции, жалоба №21987/93, судебное решение (Палата), 18 декабря 1996 г.

В этом судебном решении Суд ставит рамки и устанавливает контроль за отступлениями от прав человека, которые государство вправе сделать в целях поддержания общественного порядка, в частности, в рамках борьбы с терроризмом на своей территории. Суд уточняет также обязательства по предотвращению и по проведению расследований случаев жестокого обращения и пыток в отношении задержанных лиц в этом исключительном правовом поле.

Суд напоминает, что «что на каждую Договаривающуюся Сторону ложится ответственность за “жизнь [ее] нации”, и, вводя “чрезвычайное положение”, она обязана определить, была ли угроза этой жизни, и если да, то как далеко нужно пойти, пытаясь преодолеть ее». Тем не менее Суд напоминает, что «эти пределы [для государств] не безграничны. Суд компетентен решать, не вышли ли за их рамки “чрезвычайные меры” и действительно ли кризисная ситуация требует таких мер. Внутренняя возможность усмотрения, таким образом, сопровождается европейским контролем» (§68, Здесь и далее – неофициальный перевод с сайта ЕСПЧ – прим. пер.).

Суд также утверждает, что, если человек взят под стражу в полицию в полном здравии, а в момент освобождения имел телесные повреждения, государство обязано предоставить правдоподобные объяснения о причинах повреждений, в противном случае возникнет подозрение о применении пытки (§ 61).

Относительно исчерпания всех внутренних средств правовой защиты как условия приемлемости для ЕСПЧ индивидуальной жалобы Суд также сохраняет за собой право принимать решение относительно эффективности средств правовой защиты в этой области, так как «[н]ичто не обязывает обращаться к средствам правовой защиты, которые не являются достаточными и эффективными» (§ 52).

  • Дело «Эрги (Ergi) против Турции», жалоба №23818/94, судебное решение, 28 июля 1998 г.

В этом судебном решении Суд заключил, что на государство ложится ответственность в отношении защиты права на жизнь не только в тех случаях, когда есть существенные доказательства того, что смерть гражданского лица произошла по вине государственных должностных лиц. Ответственность может также лечь на государство, когда при выборе средств и методов ведения операции по обеспечению безопасности против оппозиционной группы вышеупомянутые должностные лица не приняли все возможные предосторожности, чтобы избежать случайной смерти гражданских лиц или, по крайней мере, сократить такой риск (§ 79). Суд, впрочем, утверждает, что, поскольку власти Турции не представили свидетельств, напрямую связанных с подготовкой и проведением засады, можно логично заключить, что не были приняты достаточные меры предосторожности, чтобы избежать гибели гражданских лиц (§ 81). В противовес тому, что утверждает правительство Турции, Суд полагает, что такое обязательство распространяется не только на те случаи, когда установлено, что смерть произошла по вине государственного должностного лица. «уже факт того, что власти проинформированы об убийстве, сам по себе приводит к возникновению обязательств в соответствии со Статьей 2 (Европейской конвенции, прим. ред.) – проводить расследование обстоятельств, в которых эта смерть имела место» (§ 82 французского текста).

В двух своих решениях от 24 февраля 2005 года Суд объявил себя компетентным решать вопросы о жалобах, поданных жертвами нарушений, совершенных вооруженными силами Российской Федерации в Чечне.

— Дело «Исаева (Isayeva), Юсупова (Yusupova) и Базаева (Bazayeva) против Российской Федерации», жалобы № 57947/00,57948/00 и 57949/00, решение Суда (Первая Палата) от 24 февраля 2005 года. В данном деле Суд признал нарушения Российской Федерацией положения статьи 2 ЕКПЧ (право на жизнь), статьи 1 Протокола №1 к ЕКПЧ (защита права собственности) по отношению к одному из положений статьи 13 (право на подачу жалобы) ЕКПЧ.

— Дело «Хашиев (Khashiyev) и Акаева (Akayeva) против Российской Федерации», жалобы №57942/00 и 57945/00, решение суда (Первая Палата) от 24 февраля 2005 года. В данном деле Суд признал нарушения Российской Федерацией положения статей 2, 3 (запрещение пыток) и 13 ЕКПЧ.

— Дело «Шамаев (Shamayev) и 12 других против Грузии и Российской Федерации», жалоба №36378/02, решение суда (Вторая Палата) от 12 апреля 2005 года. В данном деле Суд признал нарушение Грузией статьи 3 ЕКПЧ (запрещение пыток) в отношении одиннадцати из тринадцати истцов, статьи 13 (право на эффективное средство правовой защиты) для пяти из тринадцати истцов и статьи 34 (право на индивидуальную жалобу) для четырех из тринадцати истцов.

В делах Аль-Скейни и Аль-Джедда Суд детально описал экстерриториальные обязательства соблюдения Конвенции британскими вооруженными силами, участвовавшими в международной интервенции в Ираке, в частности, в качестве оккупирующей силы, а также в вопросах содержания под стражей.

  • Дело «Аль-Скейни и другие против Соединенного Королевства» (Al-SkeiniandOthersv. UnitedKingdom), жалоба №55721/07, постановление Суда (Большая Палата) от 7 июля 2011

В деле «Аль-Скейни и другие против Соединенного Королевства» Европейский суд признал существование двух исключений из принципа территориальности применения Европейской конвенции о правах человека. После свержения режима Баас в Ираке и до назначения временного правительства Соединенное Королевство (совместно с США) осуществляло, по мнению Суда, полный или частичный контроль над государственной властью, обычно исполняемой суверенным правительством Ирака, и в этом своем качестве британское правительство было обязано, осуществляя любую деятельность на территории Ирака, соблюдать Европейскую конвенцию о правах человека по отношению к лицам, находившимся под его контролем,

Суд уточняет, что государство, подписавшее Европейскую конвенцию, обязуется применять ее за пределами своей национальной территории и в отношении иностранных граждан всякий раз, когда оно осуществляет, посредством своих должностных лиц, контроль над иностранным гражданином или имеет над ним власть, и всякий раз, когда вследствие законных или незаконных военных операций оно осуществляет эффективный контроль над территорией, не являющейся его национальной территорией.

Суд напомнил, что имеющее контроль государство несет ответственность за исполнение на подвластной ему территории всех прав, содержащихся в Европейской конвенции и дополнительных проколах, которые государство ратифицировало. Суд устанавливает факт наличия эффективного контроля, учитывая мощь военного присутствия государства на соответствующей территории и его способности влиять или подчинять имеющуюся на этой территории администрацию или власти (§ 131-140).

ЕСПЧ утверждает также, что «экстерриториальная юрисдикция договаривающегося государства наступает, когда в результате приглашения, молчаливого или явного согласия местного правительства, оно берет на себя полностью или частично прерогативы государственного управления, обычно лежащие на местном правительстве» (§135 французского текста).

Суд добавляет, что «из принципа, ограничивающего юрисдикцию договаривающего государства его собственной территорией, есть и другое исключение, а именно, когда вследствие военной операции – законной или нет – государство осуществляет эффективный контроль над территорией, находящейся за пределами ее собственной. Обязанность обеспечить на этой территории соблюдение прав и свобод, гарантированных Конвенцией, проистекает из факта такого контроля, которое государство осуществляет напрямую, посредством государственных вооруженных сил или посредством зависимой местной администрации. (…) Поскольку государство обеспечивает выживание этой администрации благодаря своей военной поддержке и проч., оно принимает на себя ответственность за проводимую политику и свои действия. Статья 1 (Конвенции) накладывает на государство обязательство признать на этой территории всю совокупность материальных прав, изложенных в Конвенции и в Дополнительных протоколах, которые оно ратифицировало. Государство несет ответственность за нарушение этих прав» (§ 138). Суд, таким образом, напоминает о решении, принятом в постановлении от 10 мая 2001 года в деле «Кипр против Турции» (§ 77).

Суд уточняет, что «при некоторых обстоятельствах применение силы государственными должностными лицами, действующими вне его территории, может перевести под ответственность государства (…) любое лицо, находящееся под контролем последних. (…) С того момента, когда государство начинает осуществлять через своих должностных лиц контроль над иностранным гражданином или имеет над ним власть и, как следствие, юрисдикцию, на него ложится обязанность признать за последним права и свободы, содержащиеся в Европейской конвенции о правах человека» (§ 136-137).

По мнению Суда, «вопрос о том, осуществляет ли договаривающееся государство эффективный контроль над территорией за пределами своих границ или нет, является вопросом установления фактов. Чтобы принять решение, Суд в первую очередь обращает внимание на количество солдат этого государства, находящихся на данной территории (…). Суд может учесть и другие элементы, например, насколько военная, экономическая и политическая поддержка, оказываемая государством зависимой местной администрации, обеспечивает ей влияние и контроль в регионе» (§ 139).

· Дело «Аль-Джедда против США» (Al-Jeddav. TheUnitedKingdom), жалоба №27021/08, постановление Суда (Большая Палата) от 7 июля 2011

В этом постановлении Суд подтвердил обязанность британского правительства применять экстерриториально Европейскую конвенцию в рамах своих военных действий в Ираке, где Соединенное Королевство выступает в качестве оккупирующей державы, а также имеет пленных на этой территории. Суд разработал оригинальное толкование верховенства специального закона. Действительно, по мнению Суда, нормы Европейской конвенции продолжают применяться во время конфликта, если они не находятся в явном противоречии нормам международного гуманитарного права. Суд, таким образом, признает верховенство более строгих мер защиты Европейской конвенции над другими положениями, касающимися права вооруженных конфликтов и мандата международных сил, проистекающего из резолюций ООН, позволяющих оккупационным силам интернировать отдельных лиц (§ 105, 107 и 109).

«Суд полагает, что формулировка этой резолюции [№1546 прим. ред.] не дает однозначного представления о том, что Совет Безопасности собирался обязать государства-члены, входящие в многонациональные силы, производить интернирование на неопределенный срок без предъявления обвинений и судебных гарантий, в нарушение их обязательств, проистекающих из международных инструментов защиты прав человека, каким является Конвенция» (§ 105). Несмотря на то, что в Резолюции №1546 Совета Безопасности говорится, что многонациональным силам разрешено принимать все необходимые меры, чтобы обеспечить поддержание безопасности и стабильности в Ираке, «в отсутствие четкого положения о противном следует допустить, что Совет Безопасности предполагал, что государства, входящие в многонациональные силы, будут способствовать поддержанию безопасности в Ираке, соблюдая свои обязательства, проистекающие из международного права прав человека» (§ 105). «Из положений четвертой Женевской конвенции, в том виде, в каком они были рассмотрены Судом, очевидно следует, что, согласно международному гуманитарному праву, интернирование должно рассматриваться не как мера, которую оккупирующая держава надлежит применять, а как крайняя мера» (§ 107). Таким образом, Соединенное Королевство не освобождалось от своих обязательств в отношении содержания под стражей в соответствии со статьей 5 Европейской конвенции; «между обязательствами, налагаемыми на Соединенное Королевство Уставом, и обязательствами, проистекающими из статьи 5§1 Конвенции, не могло быть никакого конфликта, поскольку не было связывающих обязательств прибегать к интернированию» (§ 109).

права человека ; перечень государств-участников международных конвенций по гуманитарному праву и правам человека (№ 10); пыткаиндивидуальные жалобы (средства правовой защиты)возмещение ущерба – компенсация

Contact

Европейский Суд по правам человека

Страсбург, Франция:

European Court of Human Rights

Council of Europe

67075 Strasbourg Cedex — France

Тел.: 03 88 41 20 18 / Факс: 03 88 41 27 30

www. dhcour. coe.fr/

Библиография

ABRESCH W., “A human rights law of internal armed conflict: the European court of human rights in Chechnya”, European journal of International Law, vol.16, 2005, pp.741-767

BERGER V., Jurisprudence de la Cour européenne des droits de l’homme, Sirey, 2011, 940 p.

COHEN-JONATHAN G. et PETTITI C., La Réforme de la Cour européenne des droits de l’homme, Bruylant, Nemesis, « Droit et justice », n° 48, 2003, 194 p.

COSTA, J.P. et O’BOYLE, M., « The European Court of Human Rights and International Humanitarian Law » in La Convention européenne des droits de l’homme, un instrument vivant: Mélanges en l’honneur de Christos L. Rozakis, Bruxelles: Bruylant, 2011.

DOSWALD-BECK L., Human Rights in Times of Conflict and Terrorism, Oxford: Oxford University Press, 2011, 600p.

FLAUSS J.F. et LAMBERT ABDELGAWAD E., La pratique d’indemnisation par la Cour européenne des droits de l’homme, Bruylant, 2011, 360p.

HAMPSON F., « The relationship between international humanitarian law and human rights law from the perspective of a human rights treaty body », Revue internationale de la Croix-Rouge, Vol.90, n°871, septembre 2008, pp. 549-572.

PELIC J., “The European Court of Human Rights’ Al-Jedda judgment: the oversight of international humanitarian law”, Revue internationale de la Croix-Rouge, Vol.93, n°883, 2011, pp.837-851

SASSOLI M., “The European Court of Human Rights and armed conflicts” in Stephan Breitenmoser et al. (eds.). Human Rights, Democracy and the Rule of Law: Liber Amicorum Luzius Wildhaber, Dike, Zurich, 2007, pp.724-5

SUDRE F., MARGUENAUD J. P., ANDRIAANTSIMAZOVINA J., GOUTTENOIRE A., LEVINET M., Les Grands Arrêts de la Cour européenne des Droits de l’Homme, PUF, « Thémis », 2009, 617 p.

Article également référencé dans les 2 catégories suivantes :