Практический словарь гуманитарного права

« Неверно называть вещи – значит умножать скорбь этого мира » Albert Camus.

Соглашение об использовании cookie-файлов

Принимаю Наш сайт сохранит анонимные идентификаторы (cookie-файлы) на ваше устройство. Это способствует персонализации контента, а также используется в статистических целях. Вы можете отключить использование cookie-файлов, изменив настройки Вашего браузера. Пользуясь этим сайтом при настройках браузера по умолчанию, вы соглашаетесь на использование cookie-файлов и сохранение информации на Вашем устройстве.

Захват заложников и их казнь категорически запрещаются целым рядом международныхконвенций.

Захват заложников может быть организован по политическим мотивам. В этом случае он представляет собой попытку оказать давление на политические власти какой-либо страны по разным причинам, например, с целью добиться признания вооруженного оппозиционного движения, освобождения заключенных, принадлежащих к этому движению, и т. п.

Он может также осуществляться из экономических соображений и иметь целью только получение выкупа. В широком масштабе захват заложников становится настоящей индустрией, предназначенной для финансирования деятельности захватчиков заложников.

Захват заложников может происходить в период конфликта, в мирное время или во время беспорядков и ситуациях внутренней напряженности.

1. В период конфликта

Захват и казнь заложников запрещены гуманитарным правом и квалифицируются как военные преступления (ЖI-ЖIV, общая статья 3; ЖIV, ст. 34 и 147; ЖПI, ст. 75).

На основании принципа универсальной юрисдикции преследование за эти преступления относится к юрисдикции любого национального судебного органа, если государства ввели данное обязательство Женевских конвенций в свое внутреннее законодательство.

Это положение также утверждается принципами международного права, закрепленными в Статуте Нюрнбергского трибунала и в его приговоре (Комиссия Международного права ООН, июнь-июль 1950 г.), а также в Статуте Международного уголовного суда.

Согласно Римскому статуту Международного уголовного суда от 1998 г., вступившего в силу 1 июля 2002 г., захват заложников в ходе международного или внутреннего вооруженного конфликта приравнивается к военному преступлению (ст. 8.2.а. VIII и 8.2.с. III Статута МУС). Таким образом, виновные в захвате заложников могут быть судимы как МУС, так и международными трибуналами.

Даннаянорма приобрела сегодня статус нормы обычного права. Действительно, в Норме 96 «Исследования о нормах обычного гуманитарного права», опубликованного МККК в 2005 году, запрещается взятие заложников в ходе как международных, так и немеждународных вооруженных конфликтов.

универсальная юрисдикцияМеждународный уголовный суд

2. В мирное время и в обстановке внутренней напряженности и беспорядков

Существует Международная конвенция о борьбе с захватом заложников, принятая Генеральной Ассамблеей ООН 17 декабря 1979 г. (рез. 34/146). Документ вступил в силу в 1983 г., на июнь 2015 года его ратифицировали 174 государства. В статье 12 этой Конвенции особо предусмотрено, что ее применение приостанавливается в период конфликта, когда вступают в силу положения гуманитарного права.

  • В этой Конвенции определено понятие захвата заложников: речь идет о захвате лица или о его удержании в заключениипод угрозой смерти, нанесения ранений или продолжения удержания в заточении с целью заставить другую сторону, а именно государство, межправительственную международную организацию, физическое или юридическое лицо или группу лиц произвести какое-либо действие или воздержаться от такового, что является явно или неявно выраженным условием освобождения заложника (ст. 1).
  • Конвенцией предусматривается наказание виновных в захвате заложников, а также любых лиц, пытающихся совершить захват заложников, соучастников захвата или попытки захвата заложников (ст. 1).
  • Каждое государство-участник обязуется наказывать за соответствующие преступления (ст. 2). Оно должно также пересмотретьсвое внутреннее законодательство с целью наказания таких преступлений, если онибыли совершены:

— на его территории или на борту корабля или воздушного судна, зарегистрированного в этом государстве;

— его гражданами или, если государство сочтет это целесообразным, также апатридами, постоянно проживающими на его территории;

— с целью принуждения к совершению или несовершению какого-либо действия;

— в отношении заложника, который является гражданином этого государства в случае, если последнее сочтет это целесообразным(ст. 5).

  • В случае невыдачи виновного лица, если оно присутствует на территории государства, это последнееобязано предать его суду, вне зависимости от того, совершено ли преступление на его территории или нет (ст. 8).

БИБЛИОГРАФИЯ

ГЕРРМАН И., ПАЛЬМИЕРИ Д., «Заложники: извечная проблема», Международный журнал Красного Креста, № 857, 2005 г., с. 177–193. Доступно по ссылке: https://www.icrc.org/rus/assets/files/other/10_irrc_857_herrmann_rus.pdf

(См. также HERRMANN I., PALMERI D., « Une figure obsédante : l’otage à travers les siècles », Revue internationale de la Croix-Rouge, n° 857, 2005, p. 135-148.).

SALINAS BURGOS H., « La prise d’otages en droit international humanitaire », Revue internationale de la Croix-Rouge, n° 777, mai-juin 1989, p. 208-229.

WAYNE E.H., «Hostages or prisoners of war: war crimes at dinner», Military Law Review, vol. 149, 1995, p. 241-274.

DELAPLACE E., «La prise d’otages», in Droit international pénal, sous la dir. de Hervé ASCENSIO, Emmanuel DECAUX et Alain PELLET, CEDIN-Paris-X, Pedone, Paris, 2000, 1053 p., p. 387-394.

Article également référencé dans les 3 catégories suivantes :