Репрессалии

Репрессалии представляют собой меры оказания давления, отклоняющиеся от обычных норм международного права. Они выражаются в принудительных мерах, применяемых одним государством в ответ на неправомерные действия другого государства и направленных на принуждение последнего к соблюдению норм права.  В частности, они могут стать ответом на нападение. Проблема правомерности репрессалий встала перед государствами после внесения в международное договорное право (включай Устав ООН) запрета прибегать в межгосударственных отношениях к силе за исключением случаев индивидуальной или коллективной самообороны (Устав ООН, ст.51).

В период вооруженных конфликтов ответные репрессалии в случае нападения являются правомерными при соблюдении их соразмерности нападению и выборе в качестве мишени исключительно военных объектов и комбатантов.

Таким образом, международным гуманитарным правом (МГП) запрещены репрессалии, направленные против любых гражданских лиц и объектов, а также лиц и объектов, находящихся под защитой Женевских конвенций 1949 года и их Дополнительных протоколов 1977 года. Сюда входят раненые, больные и лица, потерпевшие кораблекрушение; медицинский и духовный персонал, их подразделения, транспорт и оборудование; военнопленные; гражданское население и гражданские объекты; культурные ценности или места отправления культа; объекты, необходимых для выживания гражданского населения; природная среда; установки и сооружения, содержащие опасные силы; здания и оборудование гражданской защиты (ЖI ст. 46; ЖII ст. 47; ЖIII ст. 13; ЖIV, ст. 33; ЖПI ст. 20, 51(6), 52, 53(c), 54(3)(c), 55(2) и 56(4)). 

Хотя репрессалии при определенных условиях допускаются в международном праве, запрет на репрессалии против гражданских лиц и гражданских объектов, установленный МГП, подлежит строгому толкованию и неукоснительному соблюдению. Этот запрет, установленный нормами обычного МГП в контексте международных вооруженных конфликтов, в настоящее время рассматривается как норма международного обычного права, одинаково применимая как в международных, так и в немеждународных вооруженных конфликтах. 

Военные командиры обязаны в случае репрессалий принять меры предосторожности, предусмотренные международным гуманитарным правом относительно методов ведения войны. МГП возлагает индивидуальную уголовную ответственность на командиров и рядовой состав вооруженных сил за их действия в ходе вооруженного конфликта.

➔ Соразмерность (пропорциональность) ; Нападение ; Объекты, находящиеся под защитой ; Покровительствуемые лица ; Обязанности командиров ; Методы ведения войны ; Ответственность ; Самооборона

Судебная практика

В своем решении от 14 января 2000 года по делу Купрешкича Международному уголовному трибуналу по бывшей Югославии (МТБЮ) надлежало, в частности, рассмотреть довод защиты хорватской стороны о том, что нападение на мусульманское население долины Лашва являлось правомерной карательной мерой в ответ на предполагаемые нападения мусульман на хорватское население. Суд также должен был принять решение относительно гражданского статуса населения в связи с присутствием среди него комбатантов. 

В своем решении МТБЮ подтвердил абсолютный характер большинства обязательств, налагаемых МГП, подчеркнув, что они являются безусловными, то есть не зависят от принципа взаимности (п. 517). Дело в том, что международное гуманитарное право направлено на защиту отдельных лиц вне зависимости от их гражданства или принадлежности к той или иной стороне вооружённого конфликта. Следовательно, нарушения МГП одной из сторон не могут служить основанием для применения репрессалий против гражданского населения противной стороны в ходе вооружённого конфликта (пп. 517 и 518). Суд напомнил о запрете преднамеренного нападения на гражданских лиц и общем принципе, предписывающем проявлять разумную осторожность при нападении на военный объект во избежание причинения ненужных увечий гражданским лицам по неосторожности (пп. 521-524). МТБЮ также постановил, что репрессалии против гражданских лиц прямо запрещены как договорным, так и обычным международным правом в течении всего времени, пока гражданские лица находятся во власти противника. Суд напомнил, что репрессалии против гражданских лиц и гражданских объектов в зоне боевых действий запрещены статьями 51(6) и 52(1) Дополнительного протокола I от 1977 года (п. 527). МТБЮ подтвердил, что под давлением требований гуманности и общественного сознания в этой связи возникла международная норма обычного права (пункт 531). Суд заключил, что эти положения договорного права в значительной степени отражены в нормах ОМГП, применимых к немеждународным и международным вооруженным конфликтам (пп. 527-536). Таким образом, Суд пришел к выводу о появлении в обычном праве запрета на репрессалии в отношении гражданских лиц, находящихся во власти противника, а также в отношении тех, кто находится в зоне боевых действий. Данный запрет распространяется на все стороны как международных, так и немеждународных вооружённых конфликтов. 

Суд также напомнил, что репрессалии против гражданских лиц по своей сути являются варварским средством обеспечения соблюдения норм международного права (п. 528), и указал, что «даже когда они считаются законными, репрессалии ограничены (а) принципом, согласно которому они должны быть последним средством в попытке заставить противника соблюдать правовые нормы (что подразумевает, среди прочего, что они могут применяться только после предварительного предупреждения, которое не привело к прекращению противоправных действий противника); (b) обязательством принимать особые меры предосторожности перед их применением (они могут приниматься только после принятия соответствующего решения на самом высоком политическом или военном уровне; другими словами, они не могут приниматься командирами на местном уровне); (c) принципом соразмерности (который подразумевает не только то, что репрессалии не должны быть чрезмерными по сравнению с предыдущим противоправным актом ведения войны, но и то, что они должны быть прекращены как можно скорее по прекращению неправомерного деяния); и (d) элементарными соображениями гуманности» (Обвинитель против Купрешкича, дело № IT-95-16-T, Решение от 14 января 2000 года, п. 535).

В 2007 году МТБЮ подтвердил в деле Мартича, что запрет на репрессалии в отношении находящихся в зоне боевых действий гражданских лиц и их имущества является частью ОМГП, применимого как в контексте международных, так и немеждународных вооружённых конфликтов. В этом деле Мартич был признан виновным в организации ракетных обстрелов центра Загреба 2 и 3 мая 1995 года, в результате которых семь человек были убиты и более 200 получили ранения. Мартич признал, что отдал приказ о нанесении ударов в качестве акта возмездия Франьо Туджману и его штабу за приказ о военной операции против Западной Славонии. Суд постановил, что такие действия не могут квалифицироваться как правомерный ответный удар и представляют собой преступление, выражающееся в широкомасштабной атаке на гражданское население Загреба (п. 469). МТБЮ напомнил, что:

«В праве вооружённых конфликтов ответные меры одной из сторон представляют собой действия, которые в обычных условиях квалифицировались бы как неправомерные, но признаются допустимыми в силу того, что предпринимаются в ответ на нарушение норм этого права другой стороной конфликта. Таким образом, репрессалии представляют собой крайние и исключительные меры, к которым прибегает одна из сторон конфликта с единственной целью — принудить противную сторону к соблюдению норм права вооруженных конфликтов. Из этого следует, что правомерными репрессалии могут считаться только при строгом соблюдении ряда условий. Эти условия прочно закреплены в обычном праве и изложены ниже» (п. 465).

«Репрессалии могут применяться исключительно как крайняя мера и только после исчерпания всех иных средств. Это ограничение подразумевает, что ответные меры могут быть применены только после предварительного и официального предупреждения, которое не привело к прекращению нарушений, совершенных противником. Кроме того, решение о репрессалиях может применяться только на самом высоком политическом или военном уровне» (п. 466).

«Еще одно требование заключается в том, что принимаемые меры должны быть соразмерны первоначальному нарушению права вооруженных конфликтов противной стороной. Согласно этому условию, репрессалии должны прекратиться по достижении своей цели - по прекращению нарушения, их спровоцировавшего. Наконец, репрессалии должны осуществляться с соблюдением «законов гуманности и требований общественного сознания». Судебная камера истолковывает это условие следующим образом: репрессалии должны осуществляться, насколько это возможно, в соответствии с принципом защиты гражданского населения в вооруженном конфликте и общим запретом на совершение нападений на гражданских лиц2 (п. 467). (Обвинитель против Мартича, дело № IT-95–11, Постановление от 12 июня 2007 года, пп. 464–468).