Практический словарь гуманитарного права

« Неверно называть вещи – значит умножать скорбь этого мира » Albert Camus.

Соглашение об использовании cookie-файлов

Принимаю Наш сайт сохранит анонимные идентификаторы (cookie-файлы) на ваше устройство. Это способствует персонализации контента, а также используется в статистических целях. Вы можете отключить использование cookie-файлов, изменив настройки Вашего браузера. Пользуясь этим сайтом при настройках браузера по умолчанию, вы соглашаетесь на использование cookie-файлов и сохранение информации на Вашем устройстве.

I. Происхождения

Чтобы восполнить отсутствие международного уголовного суда, международное сообщество создало в 1993 и в 1994 годах два специальных (adhoc) Международных уголовных трибунала для проведения следствия и суда над лицами, ответственными за военные преступления, преступления против человечности и акты геноцида, совершенные в бывшей Югославии (МТБЮ) и Руанде (МУТР).

Оба уголовных трибунала были созданы резолюциями Совета Безопасности на основании Главы VII Устава ООН. Таким образом, эти резолюции обязательны для всех государств. Такая процедура позволила распространить юрисдикцию этих трибуналов на все государства, вне зависимости от того, подписывали они или нет международную конвенцию по этому вопросу.

Совет Безопасности ООНмеждународная конвенция

Затем, 17 июля 1998 года, государства приняли Римский статут Международного уголовного суда, вступивший в силу в 2002 году и ратифицированный по состоянию на апрель 2013 года 122 странами. В его юрисдикцию, при определенных условиях, входят виновники преступлений геноцида, преступлений против человечности или военных преступлений в том случае, если соответствующие государства не смогли или не захотели предать их суду. Совет Безопасности также имеет возможность в любой момент распространить юрисдикцию этого Суда на какое-либо государство, приняв резолюцию на основании Главы VII.

Международный уголовный суд

  • МТБЮ был создан резолюциями №808 (22 февраля 1993 г.) и №827 (25 мая 1993 г.) Совета Безопасности. Он расположен в Гааге (Нидерланды). МУТР был создан резолюцией №955 от 8 ноября 1994 года. Его местопребыванием стал г. Аруша (Танзания). Эти резолюции содержатся в приложении к Уставам данных Международных уголовных трибуналов.
  • Из-за отсутствия международного уголовного кодекса трибуналы действуют на основе правил процедуры и доказывания, установленных ими самими: 11 февраля 1994 года трибуналом МТБЮ и 29 июня 1995 МУТР (последний воспроизвел в основных чертах текст, принятый трибуналом по бывшей Югославии). Эти нормы опираются в основном на англосаксонское право (commonlaw), отличающееся от континентального права. Англосаксонская правовая система представляет собой состязательную систему в отличие от континентального права, представляющего собой следственную систему.

Юристы континентального права отметили существенные различия, связанные с этим подходом, по следующим понятиям:

1. Роль жертвы

Одним из существенных отличий является роль, предоставляемая жертве. В англосаксонском праве жертва в уголовном деле обычно рассматривается как свидетель. Это имеет два следствия:

— В целом, в уголовном деле жертва не может требовать возмещения (возмещение обычно присуждается в гражданских делах в судебных учреждениях, рассматривающих гражданские дела), тогда как в континентальном праве истец может предъявить гражданский иск суду, который рассматривает уголовное дело.

В практике МТБЮ и МУТР после того, как канцелярия трибунала передала решение о виновности компетентным властям, жертвы или лица, подавшие на них жалобу, должны обращаться к национальной юрисдикции или к любому другому компетентному органу, чтобы получить возмещение (Правило 106 Правил процедуры и доказывания).

— Состязательная система позволяет защитнику обвиняемого подвергать жертв и свидетелей труднопереносимым перекрестным допросам.

Были приняты специальные меры защиты анонимности свидетелей и жертв. В практическом плане безопасность этих лиц гарантируется лишь во время дачи ими устных показаний в судах. Их участь и участь их семей, когда они возвращаются на родину, не учитываются. Однако в определенных обстоятельствах информация может быть передана Прокурору (Обвинителю) при условии соблюдения им конфиденциальности (МТБЮ, положение 7.b Правил процедуры и доказывания).

2. Заочное судебное разбирательство

Другим отличием между англосаксонским правом и континентальным правом является тот факт, что в первом случае суд не может рассматривать дела заочно, т. е. в отсутствие подсудимого. Такое рассмотрение дела в англосаксонском праве считается посягательством на право обвиняемого на справедливый процесс (даже если речь идет о незначительном преступлении, а обвиняемый намеренно срывает попытку судебного решения или скрывается). Континентальное право более склонно к судебному разбирательству в отсутствие ответчика, однако рекомендует обвиняемому явиться лично для повторного разбирательство, если он не согласен с первым.

3. Роль Прокурора

В англосаксонском праве генеральный прокурор отвечает как за расследование, и за судебное преследование, тогда как в континентальном праве расследование производится следователями, а допросы во время процесса — судьями. В этом смысле структура суда, приводимая ниже, подчеркивает влияние состязательной системы, в частности, благодаря главной роли, отводимой прокурору.

Статут Международного уголовного суда (МУС) объединяет обе системы: он предусматривает наличие предварительной палаты, которая должна разрешить расследования, предпринимаемые Прокурором, и позволить МУС принять решение о возмещении ущерба жертвам. Такое возмещение может принимать форму реституции, компенсации или реабилитации, и выплачиваться либо непосредственно самим осужденным, либо из средтсв специального Целевого фонда, основанного в интересах потерпевших, созданного МУС в 2002 году (ст. 75 и 79 Статута).

Международный уголовный судиерархия правовых норм

II. Организация и функционирование

Оба трибунала, хотя и являются автономными, сохраняют свои организационные связи для обеспечения единства в правовой процедуре и повышения действенности предоставленных ресурсов. Эти трибуналы включают в себя судебный орган, орган предварительного расследования и административный орган. До 2007 года у них был общий Прокурор и апелляционные судьи; теперь у каждого есть свой собственный корпус судей первой инстанции, а также свои административные органы и свой бюджет.

1. Судебный орган

Судебный орган (всего 14 судей различных национальностей) состоит из двух палат первой инстанции (каждая насчитывает 3 судьи) и апелляционной палаты (5 судей), общей для обоих Международных уголовных трибуналов. При этом Совет Безопасности в своих резолюциях №1165 (от 30 апреля 1998 года) и №1166 (от 13 мая 1998 года) решил добавить каждому Международному уголовному трибуналу третью палату первой инстанции (3 судьи) для ускорения отправления правосудия.

Все судьи избираются Генеральной Ассамблеей ООН из списка, содержащего 22 имени, рекомендованных Советом Безопасности, сроком на 4 года. Как и в случае Международного Суда и Международного уголовного суда, учитывается справедливое географическое распределение с тем, чтобы были представлены основные системы правосудия. После этого 14 судей избирают председателя трибунала. В феврале 2012 года судья Воун Йонсен из Дании был избран председателем Международного уголовного трибунала по Руанде, в мае 2015 года он был переизбран на второй срок. Сейчас председателем Международного трибунала по бывшей Югославии является Теодор Мерон из США, он был избран 19 октября 2011 года и переизбран в октябре 2013 года.

2. Орган предварительного расследования

Орган предварительного расследования формируется вокруг Прокурора, общего для двух Международных уголовных трибуналов. Прокурор, назначаемый сроком на 4 года Советом Безопасности по представлению Генерального секретаря ООН, имеет ранг заместителя Генерального секретаря.

В сентябре 2003 года Хассан Бубакар Джаллоу сменил Карлу Дель-Понте на посту Прокурора МУТР. В 2007 году Совет Безопасности решил продлить его мандат на четыре года до окончания работы Трибунала. В январе 2008 года Серж Браммерц сменил Карлу Дель-Понте на посту Прокурора МТБЮ.

Канцелярия Обвинителя состоит из секции расследования и процессуальной секции.

Личный состав этого бюро назначается Генеральным секретарем по рекомендации Прокурора. Прокурор имеет двух заместителей (один по каждому трибуналу).

3. Административный орган:

Административный орган представляет собой канцелярию трибунала. Канцелярия обеспечивает административное управление и обслуживание трибунала. Каждый трибунал имеет свою канцелярию, во главе которой стоит секретарь. Этот последний назначается Генеральным секретарем ООН по представлению председателя трибунала сроком на 4 года, с возможностью возобновления мандата. Кроме того, в состав канцелярии трибунала входит персонал, также назначаемый Генеральным секретарем по представлению заведующего канцелярией трибунала.

Бюджет 2010–2011 гг., утвержденный Генеральной Ассамблеей ООН, составлял 227 миллионов долларов США для МУТР и 302 миллиона долларов США для МТБЮ за счет регулярного бюджета ООН. Работа обоих трибуналов также частично обеспечивается благодаря взносам государств, которые являются добровольными, что влечет за собой постоянные серьезные проблемы финансирования, препятствующие их деятельности. Это в большей степени относится к трибуналу МУТР. В феврале 2011 года на МУТР работали 628 сотрудников из 77 стран; на МТБЮ – 988 сотрудников из 82 разных стран.

• Недавно МУТР указал на два очень важных прецедента – изнасилования и геноцида в своем решении, вынесенном 2 сентября 1998 года против Жана-Поля Акайесу (Jean-PaulAkayesu) (МУТР–96–4–T). Это первое решение Международного трибунала, которое признает виновность лица в геноциде и изнасиловании, основываясь одновременно на юридическом определении изнасилования и серьезных нарушений Дополнительного протокола II Женевских конвенций.

• Кроме установления правила виновности, МУТР также признал еще один важный прецедент, заявляя, что изнасилование может составлять акт геноцида. Более подробно о деталях решения см. в рубрике изнасилование.

III. Юрисдикции

1. Предметная юрисдикция (ratione materiae)

Оба Международных уголовных трибунала призваны пресекать серьезные нарушения международного гуманитарного права (Устав МТБЮ, ст. 1.; Устав МУТР, ст. 1.).

Каждый Устав подробно описывает преступления, входящие в юрисдикцию этого трибунала (ст. 2, 3, 4 и 5 Устава МТБЮ, ст. 2, 3, 4 Устава МУТР). Это относится к военным преступлениям, преступлениям геноцида и преступлениям против человечности, причем каждый трибунал толкует их несколько иначе по сравнению с более узкими толкованиями Международного права:

  • МТБЮ рассматривает изнасилование в качестве преступления против человечности, что является новым для судебной практики. В отношении этого преступления правила процедуры предусматривают упрощение порядка представления доказательства (Правило 96).
  • МУТР распространяет понятие серьезных нарушений, предусматриваемое Женевскими конвенциями 1949 года, на ситуации внутренних вооруженных конфликтов. Признание этих деяний преступными он обосновывает нарушениями статьи 3 Дополнительного протокола II 1977 года (ст. 4 Устава).

2. Персональная юрисдикция (ratione personae)

Уставы обоих Международных уголовных трибуналов подтверждают принцип индивидуальной уголовной ответственности (ст. 7 Устава МТБЮ; ст. 6 Устава МУТР). При сегодняшнем состоянии международного права этот принцип относится лишь к отдельным лицам. Поэтому Уставы ограничиваются указанием, что компетенция этих Международных уголовных трибуналов распространяется на физических лиц (ст. 6 Устава МТБЮ; ст. 5 Устава МУТР). Таким образом, они не могут судить государства.

Оба Международных уголовных трибунала полномочны судить любое лицо, подозреваемое в серьезных нарушениях международного гуманитарного права (Устав МТБЮ, ст. 1; Устав МУТР, ст. 1), независимо от степени его ответственности. Эти Уставы воспроизводят положения Устава Нюрнбергского трибунала.

  • Политический руководитель, командир или простой исполнитель — каждый, кто виновен в планировании, побуждении к совершению, приказании, совершении или любой другой помощи и побуждению к планированию, подготовке или совершению преступлений, входящих в юрисдикцию этих Международных уголовных трибуналов, может быть подвергнут преследованию (Устав МТБЮ, ст. 7.1; Устав МУТР, Устав 6.1).
  • Отклоняются любые основания для освобождения от ответственности, связанные со служебными обязанностями или приказами вышестоящих лиц.

Служебное положение обвиняемого, даже если он является главой государства или правительства, или же высшим должностным лицом, не освобождает его от уголовной ответственности и не служит основанием для смягчения наказания (Устав МТБЮ, ст. 7.2; Устав МУТР, ст. 6.2.). Точно так же, факт, что обвиняемый действовал по приказу правительства или вышестоящего лица, не освобождает его от уголовной ответственности. Такой факт может послужить основанием для смягчения наказания исключительно в том случае, если давшая приказ власть имела характер, исключающий любую свободу суждений или действий (Устав МТБЮ, ст. 7.4; Устав МУТР, ст. 6.4.).

  • Вышестоящее лицо не освобождается от уголовной ответственности за совершение его подчиненным вышеуказанных преступлений, если это вышестоящее лицо знало или имело основания знать, что подчиненное ему лицо собиралось совершить это деяние или уже совершило, и не приняло надлежащих разумных мер, чтобы воспрепятствовать совершению такого деяния или наказать его авторов (Устав МТБЮ, ст. 7.3; Устав МУТР, ст. 6.3). Уставы повторяют здесь положения протокола I от 1977 года относительно обязанностей командиров (ЖПI, ст. 87).

В деле Любе Бошкоски и Йохана Тарчуловски (19 мая 2010 г., Boškoski & TarčulovskiIT-04-82, §52) Судебная камера МТБЮ напомнила, что в соответствии со статьей 1 Устава трибунал не ограничен в своей юрисдикции преследованием лиц, обладающих определенным уровнем власти, что означает, что положение подчиненного, которое занимал обвиняемый, не имеет правовой значимости для установления его уголовной ответственности.

3. Территориальная юрисдикция (ratione loci) и временная юрисдикция (ratione temporis)

  • В территориальную юрисдикцию трибунала МТБЮ входит территория бывшей Югославии. Что касается временной юрисдикции, то она относится к преступлениям, совершенным в период с 1 января 1991 года, даты, согласно Совету Безопасности, отмечающей начало военных действий. Его юрисдикция прекратится вместе с окончанием окончании военных действий, которое будет определено самим трибуналом.
  • В территориальную компетенцию трибунала МУТР входит территория Руанды и соседних с ней государств. Его временная юрисдикция относится к периоду с 1 января по 31 декабря 1994 года.

В постановлении по делу Бизимунгу (22 ноября 2005 г., ICTR-99-50, § 20, 26) вторая Судебная камера МУТР прибегла к широкому толкованию своей временной юрисдикции (rationetemporis), заявив, что, даже если юрисдикция Трибунала ограничивается преступлениями, совершенными в 1994 году (статья 1 Устава), заговор с целью геноцида – это преступление с длящимся характером, как говорилось в постановлении по делу Нахиманы (3 декабря 2003 г., Nahimanaetal. ICTR-99-52, § 100-104, 1044). Тем самымТрибунал посчитал, что факты, имевшие место до 1994 года, могут быть использованы в качестве доказательств для преступлений, совершенных в период с 1 января 1994 года по 31 декабря 1994 года.

В постановлении по делу Нахиманы и других (28 ноября 2007 г., § 313 и 314) Апелляционная палата МУТР заявила, что «составители Устава пожелали, чтобы Трибунал был обладал юрисдикцией судить обвиняемого, только если бы все факты, которые следует установить, существовали в 1994 году». [Цитирование по неофициальному переводу. – Прим. перев.] Аналогичным образом, Апелляционная палата заявила, что, для того чтобы признать обвиняемого виновным, следует доказать, что действия или бездействие обвиняемого, свидетельствующие об его ответственности, имели место в 1994 году и что на момент этих действий или бездействия обвиняемый имел необходимое намерение.

4. Исполнение приговоров

Лица, признанные виновными в совершении тяжких нарушений гуманитарного права, приговариваются исключительно к тюремному заключению (Устав МТБЮ, ст. 24; Устав МУТР, ст. 23). К смертной казни трибуналы не приговаривают. Ввиду отсутствия международного уголовного кодекса, самостоятельной меры наказания, предусматриваемой международным правом, также не существует. Международные уголовные трибуналы опираются на общую систему наказаний в виде тюремного заключения, которая применялась в бывшей Югославии и Руанде. Тюремные заключения отбываются на территории государства, назначенного трибуналом из числа государств, которые сообщили Совету Безопасности об их согласии принять осужденных (ст. 27 Устава МТБЮ). Устав МУТР, кроме того, предусматривает возможность их отбывания в Руанде (ст. 26 Устава МУТР).

В апреле 2013 года МТБЮ практически закончил свою работу арестом двух последних подозреваемых, обвиняемых Трибуналом: Ратко Младича, задержанного 26 мая 2011 года, и Горана Хаджича, задержанного 20 июля 2011 года. В целом из 161 разбирательства 25 еще продолжаются, а 136 уже закрыты. Из 25 находящихся в производстве дел по 13 ожидается обжалование, а по 12 еще не вынесен приговор. Из 136 обвиняемых 18 были оправданы, 69 осуждены, 13 переданы в национальные судебные органы (1 в Боснию и Герцеговину, 1 в Сербию и 2 в Хорватию), с 36 обвиняемых были сняты обвинения, или же они умерли, как это было в случае Слободана Милошевича, который умер вскоре после того, как был передан в распоряжение Трибунала.

Со своей стороны, МУТР предъявил обвинения 99 лицам. Из этих 99 дел по одному ожидается процесс, 10 дел находятся в производстве, 65 закрыты (38 обвинительных приговора, 19 обжалований и 8 оправдательных приговоров), 2 человека умерли до разбирательства, 3 дела были переданы в национальные судебные органы (1 в Руанду и 2 во Францию), 9 обвиняемых были освобождены (2 до процесса и 7 после отбывания своего наказания), и, наконец, 9 остаются в бегах.

  • Компетенция обоих МУТ ограничена как в пространстве, так и во времени: в юрисдикцию МУТ по Югославии входит территория бывшей Югославии и преступления, совершенные с 1 января 1991 года. Юрисдикция Трибунала по Руанде распространяется на территорию Руанды и соседних государств и относится к периоду с 1 января по 31 декабря 1994 года.
  • Эти трибуналы наделены компетенцией, чтобы судить отдельных лиц, совершивших преступления, но не государства. Осуществляя свою юрисдикцию параллельно с работой национальных судов, они могут обращаться к последним с просьбой передать на их рассмотрение дела, которые уже находятся в стадии расследования.
  • Ни пострадавшие, ни государства не могут обращаться в эти трибуналы с иском.
  • Лишь Прокурор имеет право возбуждать дело на основании информации, которой он располагает или которую он запросил.
  • Информацию Прокурору могут предоставить пострадавшие и свидетели, НПО, международные организации или правительства.
  • Эти трибуналы приняли собственное определение военных преступлений и преступлений против человечности, позаимствовав определения из Нюрнбергского трибунала 1945 года и Женевских конвенций 1949 года и Дополнительных протоколов 1977 года, в первую очередь, в том, что касается внутренних вооруженных конфликтов.
  • Тот факт, что обвиняемый выполнял свои официальные обязанности или приказ вышестоящего начальства, не освобождает его от ответственности.
  • Тюремное заключение является единственно возможной мерой наказания.
  • Оба трибунала в своей деятельности нуждаются в сотрудничестве судебных органов разных государств, а сотрудничество зависит от принятия каждым государством специального закона для адаптации своего законодательства.
  • Судебная практика трибуналов внесла ясность в толкование гуманитарного права.

IV. Сотрудничество с государствами

Создание специальных трибуналов не освобождает государства от их обязанности объявлять розыск и предавать суду лиц, совершивших серьезные нарушения гуманитарного права, как это указано в Женевских конвенциях 1949 года. Эффективность работы международного трибунала предполагает эффективную работу национальных органов правосудия и сотрудничество между этими различными судебными органами.

Несмотря на то, что Уставы этих двух трибуналов adhoc были приняты обязательными резолюциями, сотрудничество между МУТ и национальными властями возможно лишь в том случае, если в каждой стране будет принят специальный национальный закон об организации такого сотрудничества.

1. Распределение компетенций между Международными уголовными трибуналами и национальными судебными органами

Такое распределение основано на трех принципах:

  • Параллельная юрисдикция: Международные уголовные трибуналы и национальные судебные органы обладают параллельной юрисдикцией в отношении лиц, подозреваемых в совершении тяжких нарушений гуманитарного права (Устав МТБЮ, ст. 9.1; Устав МУТР, ст. 8.1). Для жертв таких нарушений чрезвычайно важное значение имеет принцип комплементарности в отношении национальных судов. Как уже отмечалось, в Международных уголовных трибуналах лишь Прокурор может принимать дела к производству, а предъявление гражданских исков невозможно, что лишает отдельных лиц и НПО всяких средств правовой защиты. Однако жертвы могут выступить истцами в национальных судах и потребовать возмещения понесенного ущерба. Это бесспорно связывает национальные судьи с работой международных органов правосудия.
  • Главенство Международных уголовных трибуналов. Главенство закреплено в Уставах этих трибуналов (ст. 9.2 Устава МТБЮ и ст. 8.2 Устава МУТР). Оно позволяет им на любой стадии процедуры официально требовать от национальных юридических органов прекращения производства по делу и его передачи в их компетенцию. Процедура передачи производства по делу подробно излагается в Правилах процедуры и доказывания международных уголовных трибуналов.

Принцип главенства является исключением в международном праве и Уставом нового Международного уголовного суда воспроизведен не был.

  • Nonbisinidem (не дважды за одно и то же): этот принцип утверждает, что никто не может быть предан суду дважды за одно и то же нарушение как уголовного, так и международного права. Эта юридическая гарантия предусматривается Международным пактом о гражданских и политических правах (ст. 14.7). Этот принцип принят Уставами Международных уголовных трибуналов (ст. 10 Устава МТБЮ и ст. 9 Устава МУТР). Таким образом, одно и то же лицо не может быть предано национальному суду за преступление, которое уже рассматривалось в международном уголовном трибунале. В свою очередь, Международные уголовные трибуналы не могут выносить решения по деяниям, уже осужденным национальным судом, за исключением случаев, когда национальные судьи неадекватно квалифицировали какие-либо деяния, когда судебный орган не был беспристрастен или независим при вынесении решения, если начатая против такого лица процедура имела целью избавить осужденного от его международной ответственности или привлечение к ответственности не было совершено с должной тщательностью (ст. 10.2 Устава МТБЮ, ст. 9.2. Устава МУТР).

2. Обязанность сотрудничества и взаимной судебной помощи государств

Все государства обязаны сотрудничать с двумя Международными трибуналами на всех этапах судопроизводства (Устав МТБЮ, ст. 29; Устав МУТР, ст. 28): они должны откликаться на просьбы о помощи в сборе доказательств, допросе свидетелей, подозреваемых и судебных экспертов, установлении личности и розыске лиц, а также препровождении законодательных актов. Они должны также обеспечивать исполнение таких постановлений палат первой инстанции, как приказы об аресте, обыске, приводе или передаче. Для облегчения передачи обвиняемых государствами Международные уголовные трибуналы предусматривают механизм передачи, позволяющий обойти юридические сложности, связанные с экстрадицией. Однако не предусматривается никаких санкций против государств, которые откажутся сотрудничать с Международными уголовными трибуналами или которые не привели свое национальное законодательство в соответствие с обязательствами, вытекающими из существования Международных уголовных трибуналов. Совет Безопасности может в любой момент принять решение о таких санкциях.

Обязательство сотрудничества включает также участие в бюджете, предоставление в распоряжение персонала, но в первую очередь, принятие позитивных мер в законодательном и судебном плане (адаптация внутреннего законодательства с целью обеспечения возможности применения положений резолюций, в соответствии с которыми были созданы Международные уголовные Суды, а также положений их Уставов). Добрая воля государств является существенным звеном в работе Международных уголовных трибуналов, не имеющих никаких правоохранительных полномочий, в отличие от национальных судебных органов. Так, мандат Сил по стабилизации (СФОР), направленных НАТО в бывшую Югославию, не предоставил им правоохранительных полномочий для розыска военных преступников, однако предусматривает, что солдаты могут арестовать лиц, обвиненных в военных преступлениях, если они столкнутся с ними в рамках выполнения своих обязанностей. Две операции диверсионных групп, проведенные в июле 1997 года в Приедоре и в декабре 1997 года в Витезе с единственной целью арестовать обвиняемых лиц, могут служить иллюстрацией того, что толкование этого мандата остается довольно зыбким.

V. Стратегия завершения работы трибуналов и остаточный международный механизм для уголовных трибуналов

1. Стратегия завершения работы трибуналов

Международные уголовные трибуналы не обладают универсальной юрисдикцией, а их мандат ограничен во времени. В своей Резолюции №1934 от 26 марта 2004 года Совет Безопасности ООН обратился к Трибуналам с просьбой принять все необходимые меры чтобы закрыть расследования до конца 2004 года, завершить все разбирательства в первой инстанции до конца 2008 года, и завершить свою работу в 2010 году согласно своей «стратегии завершения». Поскольку эти сроки соблюдены не были, Совет Безопасности своей Резолюции №1966 от 22 декабря 2010 года заявил о создании Международного остаточного механизма для Уголовных трибуналов («Механизм»), исключив полномочия выносить новые обвинения.

2. Международный остаточный механизм для Уголовных трибуналов

Международный остаточный механизм для Уголовных трибуналов («Механизм») был учрежден Резолюцией 1966 Совета Безопасности (2010), чтобы закончить работу, начатую двумя Международными уголовными трибуналами. «Механизм» состоит из двух отделений. Он начинает действовать с 1 июля 2012 года для МУТР и с 1 июля 2013 года для МТБЮ. В резолюции, учреждающей Механизм, содержится просьба к двум Трибуналам завершить свою работу не позднее 31 декабря 2014 года, подготовиться к закрытию и передать дела Механизму.

В своей Резолюции №1966 Совет Безопасности постановил:

– «Механизм становится продолжателем юрисдикции, прав и обязанностей и основных функций МТБЮ и, соответственно, МУТР» (пункт 4);

– «Правила процедуры и доказывания Механизма и любые поправки к ним вступают в действие по их принятия судьями Механизма» (пункт 6);

– Государства должны принимать в рамках своего внутреннего права любые меры, необходимые для осуществления положений настоящей резолюции и Устава Механизма (пункт 9);

– Механизм будет функционировать в течение первоначального периода, составляющего четыре года. Совет проведет до конца этого первоначального периода, а позднее будет проводить каждые два года обзор хода работы Механизма. После каждого такого обзора Механизм продолжает функционировать в течение еще двух лет, если Совет Безопасности не примет иного решения (пункт 17).

Устав Механизма строится на основе Уставов и Правил процедур и доказывания обоих Трибуналов.

  • Компетенция Механизма(статья 1): Механизм является продолжателем материальной, территориальной, временной и персональной юрисдикции МТБЮ и МУТР, оговоренной в статьях 1–8 Устава МТБЮ и статьях 1–7 Устава МУТР, а также прав и обязанностей МТБЮ и МУТР (§1);
  • Механизм полномочен осуществлять в соответствии с положениями настоящего Устава судебное преследование лиц, которым МТБЮ или МУТР вынес обвинение (статья 1, § 2-4). Механизм не полномочен издавать никаких новых обвинительных заключений в отношении каких-либо лиц помимо тех, которые подпадают под настоящую статью (статья 1, § 5);
  • Структура и местопребывание Механизма (статья 3): Механизм имеет два отделения: одно для МТБЮ и одно для МУТР соответственно;
  • Организация Механизма (статья 4): Механизм состоит из (a) камер, включающих Судебную камеру для каждого отделения Механизма и Апелляционную камеру, общую для обоих отделений Механизма; (b) Обвинителя, общего для обоих отделений Механизма; (c) Секретариата, общего для обоих отделений Механизма и обеспечивающего административное обслуживание Механизма, включая камеры и Обвинителя;
  • Параллельная юрисдикция (статья 5): юрисдикция Механизма имеет приоритет по отношению к юрисдикции национальных судов;
  • Передача дел в национальную юрисдикцию (статья 6): Механизм полномочен передавать дела, по которым проходят лица, не относящиеся к числу самых старших руководителей, подозреваемых в том, что они наиболее ответственны за преступления, находящиеся в ведении Уставов МТБЮ и МУТР, властям какого-либо государства, на территории которого было совершено преступление, или в котором был арестован обвиняемый;
  • Реестр судей (статья 8): Механизм располагает реестром из 25 независимых судей, среди которых не может быть более двух граждан одного и того же государства;
  • Выборы судей (статья 10): Судьи Механизма избираются Генеральной Ассамблеей из представляемого Советом Безопасности списка;
  • Председатель (статья 11): После консультаций с Председателем Совета Безопасности и судьями Механизма Генеральный секретарь назначает из числа судей Механизма Председателя, занятого в полном режиме.

См. также

военное преступление — преступление против человечностигеноцидМеждународный уголовный судуниверсальная юрисдикцияСовет Безопасностиизнасилованиеответственностьвзаимная правовая помощьнеприменимость срока давностибезнаказанностьиндивидуальные жалобы (средства правовой защиты)санкции уголовно-правовыесудебные гарантииподдержание мира

Уголовный трибунал по бывшей Югославии

Churchillplein 1, 2517 JW Гаага — Нидерланды

Тел.: (00 31 70) 416 53 43/Факс: (00 31 70) 416 53 55

www.un. org/icty/

Уголовный трибунал по Руанде

POBox 6016, Аруша, Танзания

Тел.(в Нью-Йорке): 00 1212 963 28 50/Факс: 00 1212 963 28 48

www.un. org/ictr/

БИБЛИОГРАФИЯ

ЛАУЧЧИ С. «Преследовать в судебном порядке и обеспечивать судебное преследование лиц, совершивших серьезные нарушения международного гуманитарного права: размышления о задачах международных уголовных трибуналов и их выполнении», МККК, июнь 2001, №842, с. 47-82. Доступно по ссылке https://www.icrc.org/rus/assets/files/other/04_irrc_842_laucci_rus.pdf

Международные уголовные трибуналы. Международный журнал Красного Креста, № 861, март 2006.

ASCENSIO H., « Les tribunaux ad hoc pour l’ex-Yougoslavie et pour le Rwanda », in Droit international pénal, sous la dir. de H. ASCENSIO, E. DECAUX, A. PELLET, CEDIN Paris-X, Pedone, 2000, 1 053 p., p. 715-734.

ASHBY W.R., Writing History in International Criminal Trials, New York: Cambridge University Press, 2011, 257p.

FRONZA E., MANOCORDA S. (dir.), La Justice pénale internationale dans les décisions des tribunaux ad hoc, Études des Law Clinics en droit pénal international, Dalloz et Giuffré, Paris, Milan, 2003, 359 p.

DESTEXHE A., FORET M. (dir.), Justice internationale. De Nuremberg à La Haye et Arusha, Bruylant, Bruxelles, 1997.

GRAEFRATH B., « Universal criminal jurisdiction and an international court », European Journal of International Law, 1990, p. 67-88.

HUMAN RIGHTS WATCH, “Genocide, war crimes, and crimes against humanity: topical digests of the case law of the International criminal tribunal for Rwanda and the International criminal tribunal for the Former Yugoslavia”, Human Rights Watch, 2004, 277p.

HUMAN RIGHTS WATCH, “Genocide, War Crimes and Crimes Against Humanity; A Digest of the Case Law of the International Criminal Tribunal for Rwanda”, Human Rights Watch, 2010, 522p.

HUMAN RIGHTS WATCH, “Genocide, War Crimes and Crimes Against Humanity; A Topical Digest of the Case Law of the International Criminal Tribunal for the Former Yugoslavia”, Human Rights Watch, 2006, 861p.

JONES J.R.W.D., POWLES S., International Criminal Practice, 3e éd., Oxford University Press, 2003, 1085 p.

QUEGUINER J.F., « Dix ans après la création du tribunal pénal international pour l’ex-Yougoslavie : évaluation de l’apport de la jurisprudence au droit international humanitaire », Revue internationale de la Croix-Rouge, n° 850, juin 2003, p. 271-311.

WAGNER N., « Le développement du régime des infractions graves et de la responsabilité pénale individuelle par le tribunal pénal pour l’ex-Yougoslavie », Revue internationale de la Croix-Rouge, n° 850, juin 2003.

Article également référencé dans les 3 catégories suivantes :